Мозаика ;-) Всё, что мы сочтем интересным

Веневитинов Дмитрий Владимирович - поэт. Родился 14сентября 1805 г., умер 15 марта 1827 г. Происходя из старинной дворянской семьи, Веневитинов вырос в самых благоприятных условиях, пользуясь заботливым попечением умной и образованной матери. Из его наставников особенное влияние оказал на Веневитинова умный и просвещенный француз-эльзасец Дорер, хорошо ознакомивший его с французской и римской литературой. Греческому языку Веневитинов учился у грека Байло, издателя греческих классиков. Веневитинов рано ознакомился с древнеклассическим миром; отсюда изящная гармоничность его душевного строя, ясно отразившаяся в неразрывной связи между его поэтическим вдохновением и его философским мышлением; современники называли его "поэтом мысли". Он обладал также способностью к живописи и значительным музыкальным талантом. В студенты он не поступал, а слушал лекции некоторых университетских профессоров. Особенно интересовали его курсы А.Ф. Мерзлякова, И.И. Давыдова, М.Г. Павлова и профессора анатомии Лодера. Последние три пытались связать преподавание своего предмета с господствовавшей тогда на западе философской системой Шеллинга и, несомненно, много способствовали умственному развитию Веневитинова в духе шеллингианства. Мерзляков оказывал благотворное влияние на университетскую молодежь устроенными им общедоступными педагогическими беседами; здесь Веневитинов скоро привлек к себе общее внимание ясным и глубоким умом и замечательной диалектикой. Эти качества он проявлял и в кружке студентов, центром которого был Н.М. Рожалин; молодые люди занимались философскими прениями и читали собственные сочинения на разные отвлеченные темы. В 1825 г. Веневитинов определился в московский архив коллегии иностранных дел. Легкая служба оставляла много свободного времени. Из вышеупомянутого кружка образовалось довольно многочисленное литературное общество, а пятеро из его членов составили более интимное тайное "общество любомудрия", с целью исключительного занятия философией, преимущественно немецкой; но оно было ими же самими закрыто, вследствие опасений, возбужденных событием 14 декабря, к которому оказались прикосновенными знакомые их и родственники. К числу небольших работ, читавшихся на собраниях общества, принадлежат прозаические наброски Веневитинова: "Скульптура, живопись и музыка", "Утро, полдень, вечер и ночь", "Беседы Платона с Александром", представляющие (последнее -даже и по самой форме) удачное подражание диалогам Платона, как по развитию мыслей, так и по поэтическому тону. У членов общества явилось желание иметь свой печатный орган. Сначала предполагалось выпустить в свет альманах (альманахи тогда были в моде); но Пушкин, приехавший в начале сентября 1826 г. в Москву, посоветовал кружку основать ежемесячный журнал. Веневитинов, находившийся в дальнем родстве с Пушкиным и уже известный ему по статье о первой песне "Евгения Онегина", изложил программу задуманного периодического издания, озаглавив ее: "Несколько мыслей в план журнала". Вскоре было приступлено к изданию "Московского Вестника", в духе веневитиновской программы, по которой основная задача русского периодического журнала заключалась "в создании у нас научной эстетической критики на началах немецкой умозрительной философии и в привитии общественному сознанию убеждения о необходимости применять философские начала к изучению всех эпох наук и искусств". Журнал выходил с начала 1827 г., под наблюдением коллективной редакции и под официальной ответственностью М.П. Погодина. Веневитинов к этому времени уже перешел на службу из Москвы в Петербург, в канцелярию иностранной коллегии. Этому способствовала платонически обожаемая Веневитиновым княгиня Зинаида Александровна Волконская. Уезжая из Москвы в конце октября, Веневитинов взял с собой спутником, по просьбе той же Волконской, француза Воше, который только что проводил в Сибирь княгиню Е.И. Трубецкую, последовавшую туда за своим мужем-декабристом. При въезде в Петербург Веневитинов и Воше были арестованы вследствие крайней подозрительности полиции ко всем, имевшим хотя бы малейшее отношение к участникам заговора 14 декабря. Трехдневный арест оказал на Веневитинова пагубное влияние: кроме тяжелого нравственного впеч атления, пребывание в сыром и неопрятном помещении вредно подействовало на его и так уже слабое здоровье. Он скучал по Москве, где оставались любимая им семья, княгиня Волконская, его товарищи по литературному обществу и по затеянному сообща журналу, заботы о котором Веневитинова горячо высказываются в сохранившихся его письмах к Погодину и другим. Неудовлетворенность своим положением побуждала его помышлять о скорейшем отъезде на службу в Персию. До отъезда из Москвы Веневитинов с жаром отдавался изучению немецких философов: Шеллинга, Фихте, Окена, а также и творений Платона, которые читал в подлиннике (об этих его занятиях свидетельствует небольшая работа, исполненная им для княжны Александры Трубецкой: "Письмо о философии", замечательная по платоновски стройному изложению и безукоризненной ясности мыслей). Веневитинов, по-видимому, всего больше времени посвящал поэтическому творчеству. Это видно как из количества его вообще немногочисленных стихотворений, приходящихся на петербургский период его жизни, так и из достигнутого в них совершенства формы и глубины содержания. В начале марта, возвращаясь легко одетым с бала, Веневитинов сильно простудился, и вскоре его не стало. На его могильном памятнике в Симоновом монастыре, в Москве, вырезан его знаменательный стих "Как знал он жизнь, как мало жил!". Он знал жизнь не из опыта, а благодаря тому, что умел глубоко проникнуть в ее внутренний смысл своею рано созревшей мыслью. "Поэт" является для Веневитинова предметом своего рода культа, выразившегося в его лучших как по искренности тона, так и по прелести формы стихотворениях: "Поэт", "Жертвоприношение", "Утешение", "Я чувствую, во мне горит...", "Поэт и друг" и "Последние стихи". Необыкновенным изяществом стиха и выразительным языком отличается его рифмованный перевод знаменитого монолога "Фауста в пещере"; превосходно переведены также из Гете "Земная участь" и "Апофеоз художника". Не считая названных переводов, число стихотворений Веневитинова не превышает 38. Принадлежащие к первому периоду его творчества, то есть написанные до переселения в Петербург, не отличаются той безукоризненностью формы, какую представляют перечисленные выше, могущие в этом отношении померяться со стихами Пушкина. Но стихотворения обоих периодов одинаково характеризуются искренностью чувства и отсутствием изысканности как в мыслях, так и в выражениях. В некоторых из них сказалось пессимистическое настроение, под влиянием которого начат был и оставшийся недописанным роман в прозе. В общем, однако, в поэзии Веневитинова господствуют светлый взгляд на жизнь и вера в судьбы человечества. Созерцательно-философское направление поэзии Веневитинова заставляет многих писавших о нем предполагать, что он скоро оставил бы стихотворство и предался бы разработке философии. Яркий отпечаток философского склада мыслей лежит на его замечательных критических статьях, в которых он эстетическим пониманием далеко опередил своих современников. Кроме издания "Сочинения Д. В. В." (1829), вышло "Полное собрание сочинений Д.В. Веневитинова", под редакцией А.В. Пятковского (СПб., 1882), с его же статьей о жизни, о сочинениях Веневитинова, и отдельно "Стихотворения Веневитинова" (1884), в "Дешевой Библиотеке". -См. Барсуков "Жизнь и труды М.П. Погодина" (т. II, СПб., 1888); Н. Колюпанов "И.А. Кошелев" (т. I, ч. 2, СПб., 1889) и статьи Михаила Веневитинова в "Историческом Вестнике" (т. XVII, 1884) и в "Русском Архиве" (1885, I, стр. 313 - 31). И. Болдаков.