Мозаика ;-) Всё, что мы сочтем интересным

ЗАВЕДИТЕ МУЖЧИНУ
Заведите мужчину. Хотя б одного.
Заведите мужчину - игра стоит свеч.
Тем, кто в этом не смыслит совсем ничего,
Я скажу - это может неплохо развлечь!
Завести его легче всего по весне.
(По весне не заводится редкий мужик!)
Вот он... мирно пасётся от вас в стороне...
Пофланируйте подле, чтоб он к вам привык.
Если этот субъект смёл с руки "сахарок",
Но ещё не устал подозрительно ржать,
Пусть растреплет вам кудри до плеч ветерок -
Верный способ мужчину любого "дожать".
У кого нет кудрей - положитесь на грудь!
Нет груди? И нестройные обе ноги?

"Восемь писем"
(для Принца на Белом Коне)
1.
Ваше Высочество, делаю, как мы условились -
В выбранный час поджидаю на небе звезду.
Знаю, что Вы больше года к походу готовились.
Ваше Высочество, верю, надеюсь и жду!
2.
Ваше Высочество, с молью борюсь за приданое,
А вместо лестницы скинуть могу Вам косу.
Наша звезда, отчего-то, сегодня туманная.
Выйду размяться - Дракона чуток попасу.
3.
Ваше Высочество, змей досаждает намёками,
Что Вашей "прыти" причина скрывается в нём.
Тихо лелею мечту увидать, как под окнами
Змея потопчете Вы своим Белым Конём.
4.
Ваше Высочество, змей прямо со смеху катится,
Коли обмолвлюсь про Ваши отвагу и честь.
Моль принялась уже за подвенечное платьице.
Ваше Высочество! Совесть, вообще, у Вас есть?
5.
Ваше Высочество, может быть Вы -безлошадное?
Вашей неявки упорно ищу я предлог.
А у Дракона дыхание вовсе не смрадное.
Он, словно пёс, вечерами ложится у ног...
6.
...он говорит (и я, кажется, верю чудовищу)
В жизни главенствует подлости вечный закон -
Принцы не знают, как правило, цену сокровищу,
Цену сокровищу ведает только Дракон.
7.
...наша звезда потускнела и, будто, качается.
В свете её остаётся дорога пуста.
Только Дракон не даёт мне, вконец уж, отчаяться.
Мудрый и верный, он принцам иным нечета.
8.
Принц, нынче мне целовать Вас по-сестрински хочется.
Благословляю окольные Ваши пути.
Я полюбила Дракона! О, Ваше Высочество,
Чтоб Вам... такое же счастье навек обрести!

"Принцесса на горошине"
Фруктовая ваза роняет тяжёлую гроздь...
Прохладную, влажную, сладкую гроздь винограда.
- Ценю Вашу прыть и хозяйскую ловкость, мой "гость",
Но, кто Вам позволил врываться ко мне без доклада!? -
В десертной тарелке янтарный горит мандарин...
Крахмальная скатерть - источник морозного скрипа.
- Горошина скрыта под двадцать отменных перин.
И под тюфяков, самых мягких, огромную кипу! -
От прикосновения кружится глобуса ось.
Остатки былой красоты ещё льнут к королеве,
Взгляд мягок и ласков - Как Вам, дорогая, спалось?
- Мадам, Ваши слуги стелили солдату, не деве!
Я глаз не сомкнула! Всё тело теперь в синяках!
Принц - просто невежда.
Ошибся, как будто бы, дверью. -
- Ах, Ваше Высочество, полноте о пустяках!
А вот, что касается принца, я Вам не поверю.

"О тяжёлой судьбе
Великана"
(у великанов всё тяжёлое, даже судьба)
Великан человек был приятный -
Очень вежливый, добрый, опрятный.
По натуре своей безобидный.
И мужчина, поверьте мне -видный!
(Видный, я бы сказала, чрезмерно.
За версту без бинокля, примерно...)
Он любил совершать променады,
Провоцируя с гор камнепады.
Посещал иногда и деревню
Ароматом влекомый в харчевню.
Неизменно потом огорчался -
Ну, куда весь народ подевался?!
С флюгерами равняясь макушкой,
В той харчевне разжившись ватрушкой,
Великан удалялся со вздохом -
Без друзей ему жить было плохо...
Пережив "Появленье Громады",
У дверей разобрав баррикады,
Те, кого не хватила кондрашка,
Шли в харчевню, чтоб хлопнуть рюмашку.
Было мнение единодушно -
"Страшно! Но с великаном нескушно!"
Скучно было, зато, великану.
Одиночество гнало к стакану.
Ему светлого чувства хотелось.
Одному ни пилось и ни елось.
В той стране, окромя великана
И принцесса "тянулась к стакану".
В ридикюле наличие фляжки
Помогало смириться бедняжке
С ненавистною жизнью дворцовой,
С тиранией ужасной отцовой.
Как-то раз великан шёл по лесу,
А навстречу в карете принцесса...
Не одна, а со свитой. Охрана
Увидав на пути великана,
Расчехлила походную пушку
И ядром ему по черепушке!
Великан по характеру кроткий,
Но в тот день хлопнул литра три водки,
И, обижен манёвром подобным,
Перестал на минутку быть добрым.
Разметал войско в прах у кареты.
(Матерясь виртуозно при этом)
Ну а после, довольный собою,
Сувенир прихватил с поля боя.
Пустячок, сущую безделушку -
Королевну, что средь заварушки
Сладким праведным сном почивала,
Потому что с утра поддавала.
Поместил её в недра кармана
И про это забыл напрочь спьяну...
Утром вздумал курнуть. Где же спички?
Влез в карман и... нащупал косички.
Мать чесная! Достал. МА-А-ТЬ ЧЕСНАЯ!
Кто такая? Откуда? Не знает!
Спит красотка - ладошки под щёку.
Великан в состоянии шока,
Повертев так и этак находку,
Снова нервно схватился за водку.
Лишь тихонечко тяпнул чекушку,
Разбудить опасаясь девчушку,
Как девчушка сама вдруг проснулась,
После долгого сна потянулась
И уселась на мягкой ладошке,
Свесив в поисках тапочек ножки.
Поутру было девушке тяжко!
В ридикюле нашаривши фляжку
И глоточком поправив здоровье,
Вдруг принцесса увидела... брови?!
А под ними ресницы густые!
А под ними глаза голубые!
Посередь здоровущий носяра!
И усищи, ну как у гусара!
А потом (о, эффект был кошмарный!)
И гигантский оскал лучезарный!
Великан широко улыбался -
Он понравиться деве пытался.
Неудачно, скажу я вам прямо.
Королевна вопя громко - "Мама!"
Соскочила с огромной ладони.
И (вполне ожидая погони)
По столу, через вилку и ложку...
Великан - "О, прелестная крошка!
Ну куда же Вы? Я Вас не трону!"
Но принцесса уткнулась с разгона
Лбом в стакан великанский гранёный
И на скатерть упала со стоном.
"Боже мой! Крошка насмерть убилась!"
По огромному носу скатилась
Великанских размеров слезинка
- "А была в моем вкусе -блондинка!"
Великан взял прелестную крошку
Осторожно опять на ладошку
И справлять по ней начал поминки,
Нежно гладя мизинцем по спинке.
Воскрешённая этим "массажем",
Фляжку вынув из недр корсажа,
Дева к ней приложилась неслабо!
Так неслабо, что вскоре масштабы
Великана её не пугали -
Любопытство скорей разжигали.
Целый день великан с королевной
Провели за беседой душевной -
Оказалось так общего много!
А потом к великанской берлоге
Королевских солдат понаехало,
Полыхая на солнце доспехами...
И гвардейцев усатый начальник,
Сжав дрожащей рукой матюгальник,
С великаном вёл переговоры -
Золотые сулил ему горы.
"Мы, мол, знаем, что ты спёр принцессу
Из коммерческого интереса!"
Великан разобиделся шибко!
Но принцесса спокойно, с улыбкой,
Вышла к войску и так заявила -
"Великан очень добрый и милый!
Передайте папаше-тирану,
Я теперь буду жить с великаном!"

"Страшное Воспоминанье"
От автора:
Это история, которую одна храбрая девушка поведала своим подругам...
Помер в замке Людоед,
Чьей-то тёщей отравился.
И у нас, за много лет,
Шанс по жизни появился.
Отомкнули сундуки,
Как на праздник нарядились.
И здоровью вопреки
Дня четыре веселились.
Но, подруженьки, намедни,
Слух прошёл, что в замке нашем
Появился сын - наследник,
Посуровее папаши.
Молодой окончил Гарвард,
Есть диплом искусствоведа.
Хоть, в натуре, сущий варвар,
Но с задатками эстета.
Тут пару слов про наш обычай -
Коль из замка шлют посланье,
Юных девушек приличных
К ним уносят на закланье.
Я была в той "группе риска" -
Чуть за двадцать и прилична.
Старосте пришла записка -
"Вспомнить, мол, пора обычай!"
Вечерком ненастным, тёмным
Постучались в дверь соседи,
Повязали хладнокровно,
Мне шепча о Людоеде.
Кинули на амбразуру!
Произвол был безнаказан...
Я б поспорила с цензурой,
Жаль был рот шарфом завязан!
Про характер мой, простите,
Я не премину здесь вставить -
То, что не предотвратить мне,
Завсегда стремлюсь возглавить.
В общем, так. К моменту встречи
С тем эстетом-каннибалом,
Действий план был мной намечен,
Чтобы жертвой я не стала.
Кровопивец, между прочим,
Оказался симпатичный.
Мрачный, и такой порочный -
Сладкий сон девиц приличных.
Улыбнулся плотоядно
И пощекотал кинжалом,
Добиваясь вероятно,
Чтоб от страха я дрожала.
Только я, совсем некстати,
Даже глазом не моргнула
И сказав - "Привет, приятель!"
Людоеду подмигнула.
На меня злодей воззрился
И пробормотав - "Однако!"
Ножичек поторопился
Запихнуть за лацкан фрака.
Тем, что к участи кошмарной
Отнеслась довольно смело,
Интерес некулинарный
Пробудить я в нём сумела.
Захотелось людоеду
Изучить "меню" подробно.
Отложил он час обеда,
Посмотрел уже беззлобно...
Дальше, можете не верить,
Я решила в живоглоте
Чувство юмора проверить
На хорошем анекдоте.
В этом деле, между прочим,
Я призёр чемпионата.
Людоед, от смеха корчась,
Умолял меня - "Не надо!"
Я ещё одним прикольным
Анекдотом поделилась.
Оказался он "контрольным" -
Стенка в замке обвалилась.
Людоед уже не помнил,
Что обедать собирался.
Он от смеха чуть не помер -
"Никогда так не смеялся!"
После в карты мы играли,
Пили разные коктейли,
Танго вроде танцевали
И романс какой-то пели.
Повторив сие, (три раза!)
Оба страшно уморились.
И на сон грядущий вмазав,
Спать в обнимку завалились.
Утром - страшное похмелье -
"Тут я помню, тут не помню..."
Как последствие веселья -
Стенки нет - фасад разгромлен.
Людоеда было жалко!
В гроб кладут наверно краше.
Выпив тихо минералки,
О еде не вспомнил даже.
Лечит он теперь печёнку
И не просит жертв в закланье.
Вот такое вот, девчонки,
Страшное воспоминанье...

"Спящая Красавица"
(маленький такой риммейк)
Король с королевой утратили, было, надежду
Наследником обзавестись, как они не старались.
Лейб медика даже в сердцах окрестили невеждой.
Он в петлю полез, чуть совсем без врача не остались.
Но только судьба преподносит порою сюрпризы
Чудесные, и вопреки всем законам природы,
Супруга монарха, вдруг, стала безмерно капризной,
Затем токсикоз и, в свой срок разумеется, роды.
Народ ликовал! В честь рождения милой принцессы,
Устроили пир, разорили все винные склады,
Созвали всех фей, обозначенных в хрониках местных,
Родню и друзей тех, что надо и тех, что не надо.
Но жаль, впопыхах позабыли про сущую малость -
Колдунью, живущую в башне заброшенной некой,
И бедной старушке, увы, ничего не осталось,
Как в замок пойти, чтоб качать там права человека.
Нет, ведьма не стала устраивать митинг и стачку,
Кидать в короля "Декларацией прав человека".
Принцесса должна уколоться о прялку и в спячку,
Не на год, не на два, а вплоть до скончания века.
Визит спровоцировал в области ткацкой реформу.
В стране запретили совсем веретена и прялки.
Наряды четы королевской и платья придворных,
Со временем стали сравнимы с отрепьем жалким.
Семь нянек суровых дитя берегли от пассажа.
И все же, однажды, в лучах предзакатного солнца
Принцесса залезла на башню, и видит: за пряжей
Старушка сидит, флегматично крутя веретенце.
И, как предрекалось когда-то каргою жестокой,
Дитя укололось. Теперь, за забывчивость предков,
Не меньше ста лет проведет в летаргии глубокой,
Пока королевич не сыщется храбрости редкой.
Тут к счастью случилась весьма прагматичная фея,
И живо представив весь шок
пробужденья принцессы,
В душе милосердной благие стремленья имея,
Весь двор остальной усыпила в ее интересах.
Повальный тот сон протекал в издевательских позах,
А замок ветшал и колючим кустом зараставший,
Совсем уже было исчез под побегами розы,
Но вовремя принц появился, слегка заплутавший.
Изнеженный юноша всласть, от души настрадался!
Не то, что принцесса в своей вековой летаргии.
Едва лишь с проклятьями через шиповник продрался,
Как тут же, в пыли заработал себе аллергию.
Теперь хеппи-энд, просыпайся читатель, внимание!
Один поцелуй возмутительной силы волшебной
Избавил от сна и принцессу, и двор за компанию.
О подвиге оду сложили мгновенно хвалебную.
Реформе забвенье, нашили всем новые платья.
Венчание, свадебный бал с котильоном и полькой,
Весь двор подшофе, поцелуи, восторги, объятья,
Столетние вина рекой, фейерверк, в общем - Горько!
Уф! Я там была, подорвала здоровье прилично.
Вина не пила, потому что врачи запретили,
Но пляску возглавила (нынче сижу на больничном),
И, кстати, о ведьме -
на радостях ведьму простили...

В сапогах кот
(похож, да не тот...)
От автора:
"Он был чем-то похож на кота, но..."
С
папенькою-королём заскучали мы, и вот,
Заявился к нам с мешком, в сапогах огромный Кот.
Я к Коту прониклась сразу, было что-то в нём такое,
Что лишил зеленоглазый вмиг придворных дам покоя.
Стайка наших фрейлин ушлых всё рвалась потискать кису,
Причитая - "Котик - душка! Ах, какой чудесный Киска!"
К дамскому ажиотажу котик явно был привычный.
Бровью не повёл он даже, лишь сверкнул улыбкой хищной.
Мне с отцом поклон нижайший с выраженьем восхищенья.
Вынут из мешка свежайший кролик. "Вам для угощенья
От хозяина - маркиза. Из обширнейших угодий" -
Сообщил галантный Киса. Дичи этой превосходней
Мы с папашей не едали. Нежное смакуя мясо,
Кто такой маркиз гадали, из каких он Карабасов?
Киса же, большой и мягкий (Плут -бессовестный и гибкий!)
Вновь явился с куропаткой от маркиза. И с улыбкой
Папенька Кота приветил. Повар в кухне заметался.
"Сколько лет живу на свете -никогда так не питался!" -
Скушав куропатку эту, заявил папа придворным
И закладывать карету слугам повелел проворным.
Променаж мы совершали на природы диком лоне.
Пруд. А в нём, за камышами, кто-то плещется и стонет.
Тут, откуда ни возьмися, чуть ли не под ноги конных,
К нам кидается наш Киса - "Мой маркиз вот-вот утонет!
А я плавать не умею!" - И заламывает "лапы".
На спасение, сняв ливрею, был слуга отправлен папой.
Кису от спасенья сценки, видно, стукнула кондрашка.
Головой мне на коленки, он без чувств упал. Бедняжка!
Мягкий, круглый. Руки сами стали гладить. Ох, и чары!
И роскошными усами нежно колется. Котяра...
Тут несут едва живого, обмотавшегося тиной,
Карабаса молодого, оказался он блондином.
Глаз не радовал белёсый и умом блистал не шибко.
Он на наши на распросы глупой отвечал улыбкой.
Киса ожил и маркиза объяснил неадекватность -
"В детстве он упал с карниза. Мамина неаккуратность...
А потом еще, по пьянке, мимо люльки был уронен
Молодой, веселой нянькой. И разок свалился с пони" -
Промурлыкал Кот и скрылся -
только пятки засверкали.
Ну, а путь полями вился. Там серпы жнецов мелькали.
Папенька пенсне нацелил на жнецов, те - бить поклоны.
"А скажите, в самом деле, кто владелец пашней оных?
Карабас? Какая прелесть!" А маркиз, знай, скалит зубы,
Вывихнуть рискуя челюсть. Едем дальше - лесорубы.
Папенька пенсне нацелил -топоры те побросали.
"А скажите, в самом деле, кто владеет тут лесами?
Карабас?! О!" - (потрясённо) А маркиз молчит проклятый!
Пялится бесцеремонно альбинос придурковатый.
Дальше - замок. Папа снова за пенсне и тут в воротах
В сапогах блестящих (новых!), с лёгкой сытою икотой,
Округлившийся животик гладя лапкою холёной,
Появляется наш котик, и, почтительно, с поклоном
Просит, чтобы мы с визитом замок славный посетили
И в поместье родовитом яств различнейших вкусили.
После чудного застолья папа прикорнуть решился,
А маркиз бесцветной молью между шуб в шкафу забылся.
Я кота взяла под ручку, он, само собой, не против,
Побранила за отлучку и сказала -"Милый котик!
Будьте мне экскурсоводом, Ваш рассказ хочу услышать
Я про замковые своды и, особенно, про крышу"
Он из-под ресниц пушистых ласково, лукаво глянул,
Глаз зелено-золотистых опьянил меня дурманом,
И по мрачным анфиладам, по пролётам лестниц старых,
Явно дышащих на ладан, за собой увлёк. Котя-я-ра!
Побродили мы немножко. И, как будто, заблудились.
Сквозь чердачное окошко, вдруг, на крыше очутились.
Кот сощурился забавно, и маняще улыбнулся,
По коньку легко и плавно без страховки прошвырнулся,
Протянул свою мне лапу -испарилась сразу смелость.
(Сиротой оставить папу мне не очень то хотелось!)
Но котяра был так близко, излучал такую силу,
Что дала я... руку киске и за ним засеменила...
А-ах! Каблук по черепице скрежетнул. Коту на шею!
Чтобы с крыши не свалиться, шевельнуться я не смею!
Держит крепко и надёжно и щекочется усами -
"Осторожно-осторожно. Не волнуйтесь, я же с Вами..."
Дальше по закону жанра - кiss c приятной долей риска.
В голове моей туманно. Лишь мурлычет нежно киска -
"Вам, прелестная принцесса, не посмею больше лгать я.
Я хозяина - балбеса, выдал за потомка знати..."
Провернуть такое дельце! Обольстительный негодник!
Выдать дурня за владельца столь обширнейших угодий!
Запугать крестьян! Мгновенно великана укокошить!
И стоять теперь смиренно, с видом скромного святоши.
- Папа! Папа! Я влюбилась! Не желаю быть принцессой!
- Но в кого? Скажи на милость?
- В Кису - славного повесу!
Папа в обморок, конечно. Еле-еле откачали.
Но простил, добросердечно. Про обман мы умолчали...
Папенька доволен зятем. Я же -без ума от мужа.
А "маркиз" на светском party был недавно оконфужен

"Двенадцать
Месяцев"
(крохотулечный совсем риммейк)
От автора -
Посвящается Зиме.
И подснежникам...
Королевством правила инфанта,
Где-то мне ровесница, наверно.
Никаких в ней не было талантов,
Налицо один характер скверный.
От капризов не было спасенья
Свите и несчастному народу.
Захотелось ей цветов весенних
Прямо к Наступающему Году!
В нашем королевстве адекватность,
Как не бейся, в людях не сыскать.
Вам и мне понятна вероятность -
В декабре подснежник отыскать.
Осознала это в полной мере
Ближе к ночи, на мороз трескучий
Гонит меня мачеха за двери...
Мачеха моя -тяжелый случай!
Что мне делать? Нацепила лыжи
И пошла, куда глаза глядели...
За цветами в лес, что был поближе,
Помня - Новый Год через неделю.
Шла, горюя, знать не без причины...
Но было чем сиротке "согреваться"!
Вдруг полянка, а на ней мужчины...
Боже милосердный! Их -двенадцать!
Что им делать тут ночной порою?
Может банда страшная иль шайка?!
Категорий возрастных по трое,
Все в каких-то расписных фуфайках,
Собрались в кружок вокруг мангала...
Хрустнула, с испугу, громко веткой.
Никогда я так не попадала!
Нет, моё призванье не разведка.
Старый дед, у них главарь, должно быть,
Шевельнул кустистыми бровями
И сказал - "Кто бьётся там в ознобе?
Девочка иди, погрейся с нами!"
В общем подогрели-обобрали,
То есть, подобрали-обогрели,
Расспросили о моей печали
И не вешать носик мне велели.
Я с открытым ртом дивилась чуду!
Описать сие, могу лишь в прозе.
Никогда я больше пить не буду!
Даже в чаще леса на морозе...
Возвратилась утром. И с цветами.
Мачеху сей факт, расстроил очень,
Побледнела бедная (местами),
В неотложку, и в больницу срочно.
Я же, времени не тратя даром,
Стала действовать оперативно -
Массу дефицитного товара
По цене загнав спекулятивной,
Получила куш вполне приличный.
Зажила в достатке и свободно,
Вспоминая случай нетипичный,
В том лесу ночном предновогоднем.

"Дневник
Одного Чудовища"
От автора:
"Читатели, мужайтеся заранее...
Мной учтено редакторское мнение!
Чтоб не устать вам от повествования,
Лирические есть в нём отступления..."
Запись Первая
Красавица живёт в монастыре.
Вокруг монашек штук примерно триста.
Сам монастырь высоко на горе.
Придётся стать на время альпинистом...
Запись Вторая
Всё ободрал себе, что только мог,
Натёр места о коих и не ведал.
Орёл, поганец, выдрал мяса клок
Чуть ниже рюкзака и отобедал...
Залез. Сижу под одинокой елью.
Ещё тут есть колючие кусты.
Чтоб отыскать моей красотки келью,
Придётся в них дождаться темноты...
Запись Третья
Проверил версию, что темнота -
Надёжный друг влюбленной молодежи.
Влез в келью, оказалось, что не та!
Игуменья, мою увидев рожу
Немедленно лицом став, аки мел,
Меня кагора рюмкой окропила
И, выдав сто примерно децибел -
"Изыди, дух нечистый!" -завопила...
Запись Четвёртая
"Изыдил" вновь в колючие кусты.
Монашки, прибежав на вопль старухи,
Решили, что виной всему посты
И я привиделся ей с голодухи.
Чуть погалдели и нырнули в койки,
Оставив на периметре щеночка
Ротвейлера, он тут же принял стойку.
Ну, сёстры! Ну, устроили мне ночку!
Запись Пятая
Залез. Сижу на одинокой ели.
Собачка сверлит взглядом мой филей.
Луна исчезнет скоро с акварели
Небесной, на востоке все светлей...
Запись Шестая
Ну, здравствуй утро! Пёсик на посту
Весь изошел голодною слюною,
А солнце дарит первый луч кресту
На маковке... Все кости страшно ноют...
Калитка скрипнула и... вот те на!
Чудесная улыбкой и кудрями
Красавица... Щенка зовет она.
В привычной замечает панораме
Меня на ели. Хлопает в ладоши.
Бежит ко мне и просит, чтоб я слез!
Кошусь на пса. "Не бойся, он хороший"
Тут... ель мой не выдерживает вес...
Запись Крайняя
Приятно обдувает ветерком...
Мне лижут нос и гладят по головке
И причитают нежным голоском -
"Какой же ты чудовищно неловкий..."
Красавица, монашки и... кагор...
Святые сёстры шибко разговелись,
Смеются - никудышный, мол, я вор.
И пёсик скалит добродушно челюсть...
В окне горы соседней пик хрустален...
Мой шок растёт. Я слушаю рассказ
О том, как принцы счастье здесь пытали...
- "А девочка ждала всё время Вас..."
На этом дневник обрывается...

"Мурка"
Жил старик со своею старухой
В аварийном жилище у моря.
Дед рыбачил (всё время под мухой),
Бабка тоже пила крепко с горя.
А ещё, удручённая бытом,
Крепко выпимши, бабка любила
Деда бить! Особливо корытом.
Все корыто об деда разбила.
Дед, как подрассосутся ушибы
И фингал пожелтеет на глазе,
Отправлялся ловить злую рыбу.
Чтобы сухо ей было - заразе!
Как могла, издевалась (скотина!)
Абсолютно ничем не рискуя,
В невод деду то склизкую тину,
То траву напихает морскую.
Бедный дед матерился, плевался,
И в сердцах на груди рвал тельняшку,
Но в борьбе с рыбой злой не сдавался.
Чтоб ей в хвост динамитную шашку!
Шашка, кстати, отличное средство
Учинить над селёдками зверство.
Если б не РыбНадзор по соседству,
Если бы... не статья -Браконьерство...
Отгоняя, с тоской, мысли эти,
Бессердечным селёдкам назло,
Дед по новой закидывал сети
И однажды ему повезло!
Лик Дедули скривила улыбка -
"Кто там бьётся, ртом воздух хватая?
Неужели! Не может быть! РЫБКА!
Не простая притом - "золотая!"
Только рыбка с печалью во взоре,
С золотой чешуей на боку,
- "Отпусти ты меня, Старче, в море!"-
Нежно молвила вдруг старику.
- "Тридцать лет, как я в море рыбачу"-
Испугался старик, удивился -
"А вот рыб говорящих не бачил.
Неужель, до горячки допился?"
- "Не кидай ты меня лютой кошке
(Кошка с дедом рыбачила в лодке)
Отпусти-и-и..." - умоляла рыбёшка -
"Дорогой за себя дам я откуп..."
Дед в догадке своей утвердился,
Затряслись стариковские руки.
Дед на кошку свою покосился -
"Дорыбачились, мол, вот и глюки!"
Мурка, к радости деда, смолчала.
А вот рыба - опять за своё!
Отпустил! И... погрёб до причала,
Не потребовав откуп с неё.
Дома встретила деда старуха,
Сразу выдала порцию "ласки",
Засветив кулаком деду в ухо.
- "Каб не ты, мы б зажили, как в сказке!" -
- "В смысле?... э..." - Дед не понял намёка.
- "Мне сдала тебя, хрыч, наша Мурка!" -
Об лоб деда старуха жестоко
Загасила огрызок окурка...
Дед у берега сутки маячил -
Рыбку кликал, ревел, как белуга,
Всполошил весь посёлок рыбачий...
- "Ишь ты, как разошёлся, пьянчуга!" -
Удивлялась на дне моря рыбка,
Но на рёв откликаться не стала,
Потому что хитра была шибко,
Да и Пушкина в детстве читала...