Мозаика ;-) Всё, что мы сочтем интересным

"Спящая Красавица"
(маленький такой риммейк)
Король с королевой утратили, было, надежду
Наследником обзавестись, как они не старались.
Лейб медика даже в сердцах окрестили невеждой.
Он в петлю полез, чуть совсем без врача не остались.
Но только судьба преподносит порою сюрпризы
Чудесные, и вопреки всем законам природы,
Супруга монарха, вдруг, стала безмерно капризной,
Затем токсикоз и, в свой срок разумеется, роды.
Народ ликовал! В честь рождения милой принцессы,
Устроили пир, разорили все винные склады,
Созвали всех фей, обозначенных в хрониках местных,
Родню и друзей тех, что надо и тех, что не надо.
Но жаль, впопыхах позабыли про сущую малость -
Колдунью, живущую в башне заброшенной некой,
И бедной старушке, увы, ничего не осталось,
Как в замок пойти, чтоб качать там права человека.
Нет, ведьма не стала устраивать митинг и стачку,
Кидать в короля "Декларацией прав человека".
Принцесса должна уколоться о прялку и в спячку,
Не на год, не на два, а вплоть до скончания века.
Визит спровоцировал в области ткацкой реформу.
В стране запретили совсем веретена и прялки.
Наряды четы королевской и платья придворных,
Со временем стали сравнимы с отрепьем жалким.
Семь нянек суровых дитя берегли от пассажа.
И все же, однажды, в лучах предзакатного солнца
Принцесса залезла на башню, и видит: за пряжей
Старушка сидит, флегматично крутя веретенце.
И, как предрекалось когда-то каргою жестокой,
Дитя укололось. Теперь, за забывчивость предков,
Не меньше ста лет проведет в летаргии глубокой,
Пока королевич не сыщется храбрости редкой.
Тут к счастью случилась весьма прагматичная фея,
И живо представив весь шок
пробужденья принцессы,
В душе милосердной благие стремленья имея,
Весь двор остальной усыпила в ее интересах.
Повальный тот сон протекал в издевательских позах,
А замок ветшал и колючим кустом зараставший,
Совсем уже было исчез под побегами розы,
Но вовремя принц появился, слегка заплутавший.
Изнеженный юноша всласть, от души настрадался!
Не то, что принцесса в своей вековой летаргии.
Едва лишь с проклятьями через шиповник продрался,
Как тут же, в пыли заработал себе аллергию.
Теперь хеппи-энд, просыпайся читатель, внимание!
Один поцелуй возмутительной силы волшебной
Избавил от сна и принцессу, и двор за компанию.
О подвиге оду сложили мгновенно хвалебную.
Реформе забвенье, нашили всем новые платья.
Венчание, свадебный бал с котильоном и полькой,
Весь двор подшофе, поцелуи, восторги, объятья,
Столетние вина рекой, фейерверк, в общем - Горько!
Уф! Я там была, подорвала здоровье прилично.
Вина не пила, потому что врачи запретили,
Но пляску возглавила (нынче сижу на больничном),
И, кстати, о ведьме -
на радостях ведьму простили...

В сапогах кот
(похож, да не тот...)
От автора:
"Он был чем-то похож на кота, но..."
С
папенькою-королём заскучали мы, и вот,
Заявился к нам с мешком, в сапогах огромный Кот.
Я к Коту прониклась сразу, было что-то в нём такое,
Что лишил зеленоглазый вмиг придворных дам покоя.
Стайка наших фрейлин ушлых всё рвалась потискать кису,
Причитая - "Котик - душка! Ах, какой чудесный Киска!"
К дамскому ажиотажу котик явно был привычный.
Бровью не повёл он даже, лишь сверкнул улыбкой хищной.
Мне с отцом поклон нижайший с выраженьем восхищенья.
Вынут из мешка свежайший кролик. "Вам для угощенья
От хозяина - маркиза. Из обширнейших угодий" -
Сообщил галантный Киса. Дичи этой превосходней
Мы с папашей не едали. Нежное смакуя мясо,
Кто такой маркиз гадали, из каких он Карабасов?
Киса же, большой и мягкий (Плут -бессовестный и гибкий!)
Вновь явился с куропаткой от маркиза. И с улыбкой
Папенька Кота приветил. Повар в кухне заметался.
"Сколько лет живу на свете -никогда так не питался!" -
Скушав куропатку эту, заявил папа придворным
И закладывать карету слугам повелел проворным.
Променаж мы совершали на природы диком лоне.
Пруд. А в нём, за камышами, кто-то плещется и стонет.
Тут, откуда ни возьмися, чуть ли не под ноги конных,
К нам кидается наш Киса - "Мой маркиз вот-вот утонет!
А я плавать не умею!" - И заламывает "лапы".
На спасение, сняв ливрею, был слуга отправлен папой.
Кису от спасенья сценки, видно, стукнула кондрашка.
Головой мне на коленки, он без чувств упал. Бедняжка!
Мягкий, круглый. Руки сами стали гладить. Ох, и чары!
И роскошными усами нежно колется. Котяра...
Тут несут едва живого, обмотавшегося тиной,
Карабаса молодого, оказался он блондином.
Глаз не радовал белёсый и умом блистал не шибко.
Он на наши на распросы глупой отвечал улыбкой.
Киса ожил и маркиза объяснил неадекватность -
"В детстве он упал с карниза. Мамина неаккуратность...
А потом еще, по пьянке, мимо люльки был уронен
Молодой, веселой нянькой. И разок свалился с пони" -
Промурлыкал Кот и скрылся -
только пятки засверкали.
Ну, а путь полями вился. Там серпы жнецов мелькали.
Папенька пенсне нацелил на жнецов, те - бить поклоны.
"А скажите, в самом деле, кто владелец пашней оных?
Карабас? Какая прелесть!" А маркиз, знай, скалит зубы,
Вывихнуть рискуя челюсть. Едем дальше - лесорубы.
Папенька пенсне нацелил -топоры те побросали.
"А скажите, в самом деле, кто владеет тут лесами?
Карабас?! О!" - (потрясённо) А маркиз молчит проклятый!
Пялится бесцеремонно альбинос придурковатый.
Дальше - замок. Папа снова за пенсне и тут в воротах
В сапогах блестящих (новых!), с лёгкой сытою икотой,
Округлившийся животик гладя лапкою холёной,
Появляется наш котик, и, почтительно, с поклоном
Просит, чтобы мы с визитом замок славный посетили
И в поместье родовитом яств различнейших вкусили.
После чудного застолья папа прикорнуть решился,
А маркиз бесцветной молью между шуб в шкафу забылся.
Я кота взяла под ручку, он, само собой, не против,
Побранила за отлучку и сказала -"Милый котик!
Будьте мне экскурсоводом, Ваш рассказ хочу услышать
Я про замковые своды и, особенно, про крышу"
Он из-под ресниц пушистых ласково, лукаво глянул,
Глаз зелено-золотистых опьянил меня дурманом,
И по мрачным анфиладам, по пролётам лестниц старых,
Явно дышащих на ладан, за собой увлёк. Котя-я-ра!
Побродили мы немножко. И, как будто, заблудились.
Сквозь чердачное окошко, вдруг, на крыше очутились.
Кот сощурился забавно, и маняще улыбнулся,
По коньку легко и плавно без страховки прошвырнулся,
Протянул свою мне лапу -испарилась сразу смелость.
(Сиротой оставить папу мне не очень то хотелось!)
Но котяра был так близко, излучал такую силу,
Что дала я... руку киске и за ним засеменила...
А-ах! Каблук по черепице скрежетнул. Коту на шею!
Чтобы с крыши не свалиться, шевельнуться я не смею!
Держит крепко и надёжно и щекочется усами -
"Осторожно-осторожно. Не волнуйтесь, я же с Вами..."
Дальше по закону жанра - кiss c приятной долей риска.
В голове моей туманно. Лишь мурлычет нежно киска -
"Вам, прелестная принцесса, не посмею больше лгать я.
Я хозяина - балбеса, выдал за потомка знати..."
Провернуть такое дельце! Обольстительный негодник!
Выдать дурня за владельца столь обширнейших угодий!
Запугать крестьян! Мгновенно великана укокошить!
И стоять теперь смиренно, с видом скромного святоши.
- Папа! Папа! Я влюбилась! Не желаю быть принцессой!
- Но в кого? Скажи на милость?
- В Кису - славного повесу!
Папа в обморок, конечно. Еле-еле откачали.
Но простил, добросердечно. Про обман мы умолчали...
Папенька доволен зятем. Я же -без ума от мужа.
А "маркиз" на светском party был недавно оконфужен

"Двенадцать
Месяцев"
(крохотулечный совсем риммейк)
От автора -
Посвящается Зиме.
И подснежникам...
Королевством правила инфанта,
Где-то мне ровесница, наверно.
Никаких в ней не было талантов,
Налицо один характер скверный.
От капризов не было спасенья
Свите и несчастному народу.
Захотелось ей цветов весенних
Прямо к Наступающему Году!
В нашем королевстве адекватность,
Как не бейся, в людях не сыскать.
Вам и мне понятна вероятность -
В декабре подснежник отыскать.
Осознала это в полной мере
Ближе к ночи, на мороз трескучий
Гонит меня мачеха за двери...
Мачеха моя -тяжелый случай!
Что мне делать? Нацепила лыжи
И пошла, куда глаза глядели...
За цветами в лес, что был поближе,
Помня - Новый Год через неделю.
Шла, горюя, знать не без причины...
Но было чем сиротке "согреваться"!
Вдруг полянка, а на ней мужчины...
Боже милосердный! Их -двенадцать!
Что им делать тут ночной порою?
Может банда страшная иль шайка?!
Категорий возрастных по трое,
Все в каких-то расписных фуфайках,
Собрались в кружок вокруг мангала...
Хрустнула, с испугу, громко веткой.
Никогда я так не попадала!
Нет, моё призванье не разведка.
Старый дед, у них главарь, должно быть,
Шевельнул кустистыми бровями
И сказал - "Кто бьётся там в ознобе?
Девочка иди, погрейся с нами!"
В общем подогрели-обобрали,
То есть, подобрали-обогрели,
Расспросили о моей печали
И не вешать носик мне велели.
Я с открытым ртом дивилась чуду!
Описать сие, могу лишь в прозе.
Никогда я больше пить не буду!
Даже в чаще леса на морозе...
Возвратилась утром. И с цветами.
Мачеху сей факт, расстроил очень,
Побледнела бедная (местами),
В неотложку, и в больницу срочно.
Я же, времени не тратя даром,
Стала действовать оперативно -
Массу дефицитного товара
По цене загнав спекулятивной,
Получила куш вполне приличный.
Зажила в достатке и свободно,
Вспоминая случай нетипичный,
В том лесу ночном предновогоднем.

"Дневник
Одного Чудовища"
От автора:
"Читатели, мужайтеся заранее...
Мной учтено редакторское мнение!
Чтоб не устать вам от повествования,
Лирические есть в нём отступления..."
Запись Первая
Красавица живёт в монастыре.
Вокруг монашек штук примерно триста.
Сам монастырь высоко на горе.
Придётся стать на время альпинистом...
Запись Вторая
Всё ободрал себе, что только мог,
Натёр места о коих и не ведал.
Орёл, поганец, выдрал мяса клок
Чуть ниже рюкзака и отобедал...
Залез. Сижу под одинокой елью.
Ещё тут есть колючие кусты.
Чтоб отыскать моей красотки келью,
Придётся в них дождаться темноты...
Запись Третья
Проверил версию, что темнота -
Надёжный друг влюбленной молодежи.
Влез в келью, оказалось, что не та!
Игуменья, мою увидев рожу
Немедленно лицом став, аки мел,
Меня кагора рюмкой окропила
И, выдав сто примерно децибел -
"Изыди, дух нечистый!" -завопила...
Запись Четвёртая
"Изыдил" вновь в колючие кусты.
Монашки, прибежав на вопль старухи,
Решили, что виной всему посты
И я привиделся ей с голодухи.
Чуть погалдели и нырнули в койки,
Оставив на периметре щеночка
Ротвейлера, он тут же принял стойку.
Ну, сёстры! Ну, устроили мне ночку!
Запись Пятая
Залез. Сижу на одинокой ели.
Собачка сверлит взглядом мой филей.
Луна исчезнет скоро с акварели
Небесной, на востоке все светлей...
Запись Шестая
Ну, здравствуй утро! Пёсик на посту
Весь изошел голодною слюною,
А солнце дарит первый луч кресту
На маковке... Все кости страшно ноют...
Калитка скрипнула и... вот те на!
Чудесная улыбкой и кудрями
Красавица... Щенка зовет она.
В привычной замечает панораме
Меня на ели. Хлопает в ладоши.
Бежит ко мне и просит, чтоб я слез!
Кошусь на пса. "Не бойся, он хороший"
Тут... ель мой не выдерживает вес...
Запись Крайняя
Приятно обдувает ветерком...
Мне лижут нос и гладят по головке
И причитают нежным голоском -
"Какой же ты чудовищно неловкий..."
Красавица, монашки и... кагор...
Святые сёстры шибко разговелись,
Смеются - никудышный, мол, я вор.
И пёсик скалит добродушно челюсть...
В окне горы соседней пик хрустален...
Мой шок растёт. Я слушаю рассказ
О том, как принцы счастье здесь пытали...
- "А девочка ждала всё время Вас..."
На этом дневник обрывается...

"Мурка"
Жил старик со своею старухой
В аварийном жилище у моря.
Дед рыбачил (всё время под мухой),
Бабка тоже пила крепко с горя.
А ещё, удручённая бытом,
Крепко выпимши, бабка любила
Деда бить! Особливо корытом.
Все корыто об деда разбила.
Дед, как подрассосутся ушибы
И фингал пожелтеет на глазе,
Отправлялся ловить злую рыбу.
Чтобы сухо ей было - заразе!
Как могла, издевалась (скотина!)
Абсолютно ничем не рискуя,
В невод деду то склизкую тину,
То траву напихает морскую.
Бедный дед матерился, плевался,
И в сердцах на груди рвал тельняшку,
Но в борьбе с рыбой злой не сдавался.
Чтоб ей в хвост динамитную шашку!
Шашка, кстати, отличное средство
Учинить над селёдками зверство.
Если б не РыбНадзор по соседству,
Если бы... не статья -Браконьерство...
Отгоняя, с тоской, мысли эти,
Бессердечным селёдкам назло,
Дед по новой закидывал сети
И однажды ему повезло!
Лик Дедули скривила улыбка -
"Кто там бьётся, ртом воздух хватая?
Неужели! Не может быть! РЫБКА!
Не простая притом - "золотая!"
Только рыбка с печалью во взоре,
С золотой чешуей на боку,
- "Отпусти ты меня, Старче, в море!"-
Нежно молвила вдруг старику.
- "Тридцать лет, как я в море рыбачу"-
Испугался старик, удивился -
"А вот рыб говорящих не бачил.
Неужель, до горячки допился?"
- "Не кидай ты меня лютой кошке
(Кошка с дедом рыбачила в лодке)
Отпусти-и-и..." - умоляла рыбёшка -
"Дорогой за себя дам я откуп..."
Дед в догадке своей утвердился,
Затряслись стариковские руки.
Дед на кошку свою покосился -
"Дорыбачились, мол, вот и глюки!"
Мурка, к радости деда, смолчала.
А вот рыба - опять за своё!
Отпустил! И... погрёб до причала,
Не потребовав откуп с неё.
Дома встретила деда старуха,
Сразу выдала порцию "ласки",
Засветив кулаком деду в ухо.
- "Каб не ты, мы б зажили, как в сказке!" -
- "В смысле?... э..." - Дед не понял намёка.
- "Мне сдала тебя, хрыч, наша Мурка!" -
Об лоб деда старуха жестоко
Загасила огрызок окурка...
Дед у берега сутки маячил -
Рыбку кликал, ревел, как белуга,
Всполошил весь посёлок рыбачий...
- "Ишь ты, как разошёлся, пьянчуга!" -
Удивлялась на дне моря рыбка,
Но на рёв откликаться не стала,
Потому что хитра была шибко,
Да и Пушкина в детстве читала...

"Тихие Радости
Скромного Юриста"
В аду было сухо, тепло и кромешненько...
Чёртова бабушка жарила грешника,
То и дело, хватаясь рукою за сердце -
Грешник ужасно чихал из-за перца.
При жизни он был душегубом и вором.
Чёртова мать расставляла приборы
И слушала, как пять её чертенят,
Над чёртовой книжкой уроки бубнят...
Чу, цокот копыт - чёрт вернулся с работы.
"Поздравьте,
контракт заключил я двухсотый!" -
Он стал тараторить с порога, без пауз -
"С каким-то врачом, по фамилии Фауст..."
Грешником в яблоках, водочкой в штофе,
С семьёю контракт
отмечал Мефистофель...

"Репа"
(кровавая бытовая драма)
Жил старик со своею старухой,
С внучкой, жучкою, кошкой и мышкой.
Жили тесно в убогом домишке,
В постоянной борьбе с голодухой.
Дед (когда-то он был агрономом,
В прошлом веке, во времена НЭПа)
Постоянно сажал только репу
В поле рядом с убогим их домом.
На засаженном репою поле
Вместо пугала бдела старуха.
Внучка гнала в подвале сивуху,
Утешенье ища в алкоголе.
Постоянную репу к обеду
Получая из скудных запасов,
Очень сильно скучая по мясу,
Жучка шла по кошачьему следу.
Из-за жучки страдая икотой,
Из-за репы к обеду - отрыжкой,
Кошка, грезя насытиться мышкой,
Занималась мышиной охотой...
Мышь в законе была - воровала
Репу в мисках у жучки и кошки
И наяривала на гармошке,
Когда грамм пятьдесят выпивала.
Зуб в улыбке гнилой обнажая,
Водрузивши на лысину кепку,
Дед, дождавшись, как вырастет репка,
Принимался за сбор урожая.
Но, однажды, схватившись за овощ,
Старый хрыч позади организма
Был застигнут врасплох ревматизмом
И старуху стал кликать на помощь.
Бабка резво на зов прибежала,
Видит - дед ухватился за репку?!
За него ухватилася крепко
И... на место больное нажала.
Бабке дед объяснил моментально -
- "Ишшо раз за меня так потянешь,
Завтра, старая дура, помянешь
Ибо кончиться может летально!"
Обалдев от такой перспективы
Бабка стала на помощь звать внучку -
Та в отключке. Тогда кликать жучку
Стала (в качестве альтернативы)
Жучка вяло на зов прибежала,
Поглядела на деда бесстрастно
И сказала, что было б прекрасно
Вставить деду пчелиное жало.
Окрестив жучку вредной скотиной
Дед (от боли лишившись рассудка)
Поломать обещался ей будку,
А по жучке пройтись хворостиной.
Кошка тоже стать "контрой" сумела
С перспективой побитого рыльца,
Предложив поясницу кормильца
Отутюжить безжалостно смело.
Пораскинув мозгами немножко,
Нервно выкурив две самокрутки,
Бабка ехать решила попуткой -
Из райцентра звонить в неотложку.
Только бабка ушла, из отключки
Возвратясь, тут как тут, очутилась
И на дедушку облокотилась
Злая, непохмелённая внучка.
Развернула на деде газетку,
Пол-литрА на неё и закуску,
Причесалась, оправила блузку,
Стала попой искать табуретку.
В стол закусочный преобразован,
Дед мечтал окрестить злую внучку
От души, без стеснения с...су...,
Но молчал, болью парализован.
Деду точно настала бы крышка,
Но, учуявши вмиг пол-литровку,
Возле внучки возникла воровка -
Злая, нЕпохмелЁнная мышка.
Внучка мышки боялася с детства.
Зная это, довольна собою,
Кражею отягощённой разбоем
Мышь добыла похмельное средство,
А потом...
Обтерев свою финку,
Взяв бутылку и выдернув репу,
Мышь ушла, ухмыляясь свирепо,
Чтобы справить по внучке поминки...